Земля лишних. Однокласснички  - Влад Воронов

– Я же тебе читал Хайяма. Очень важно с кем, когда и где.

– Те стихи вроде бы были про вино?

– То, чем мы сейчас занимаемся, пьянит не меньше…

Мы лежали прямо на крыше рубки, на необъятной загорательной лежанке. Яхта легко покачивалась, ветерок приятно обдувал потные тела. После череды ласк, купаний, легкого перекуса и опять ласк, и опять купаний, сил не было совсем. В какой-то момент я почувствовал, что засыпаю, с большим трудом открыл глаза.

– Пойдем вниз, в каюту?

– Да ну, тут так хорошо и уютно…

– Здешнее солнышко злое. Не боишься обгореть? Или что у тебя на попе останется незагоревший отпечаток от моей ладони?

– Не боюсь, я намазалась кремом от загара, он не смывается водой.

– Опа, а это что такое?

Характерный стук судового дизеля был слышен слабо, но вполне отчетливо.

– Не знаю, кто бы это мог быть, но на всякий случай спустись вниз. А я сбегаю погляжу, кто к нам пожаловал.

Лихорадочно напяливаю штаны и кроссовки, выскакиваю на палубу. В процессе этих наших… игр на свежем воздухе яхта развернулась вокруг рифа и носом почти уткнулась в берег. Метра полтора-два осталось, не больше. И склон здесь отвесным вовсе не выглядит, градусов 45 к горизонту. Можно попробовать.

Перекладываю кранцы, подтягиваю швартовый трос. Теперь яхта не болтается вокруг рифа, а жестко закреплена. Вылезаю за носовое ограждение и прыгаю вперед. Удачно, даже ног не замочил. Хлопаюсь на четвереньки и бегу вверх по склону. Усталые ноги слушаются с трудом, дышу как паровоз, но верхний край все ближе. Огибаю осыпь и продолжаю карабкаться вверх по крупным валунам. Наверху удерживаюсь от желания выскочить на гребень, нахожу щель между валунами и аккуратно выглядываю оттуда.

Уши меня не обманули. К Острову подходит кораблик… Почему-то приходит в голову слово «сейнер», хотя какого-то рыболовного оборудования на нем не видно. С другой стороны, я не большой специалист в машинном лове, поэтому сформулируем по-другому. Кораблик метров тридцать длиной, в прежней жизни явно гражданских кровей, но сейчас несущий приличное количество стреляющего железа. Флага на мачте нет, так что это может быть кто угодно, за исключением разве что Патруля – те к своему пирамидальному глазу относятся очень серьезно. Кораблик шустро приближается к Острову, но внезапно взревывает мотором и замирает. Ага, заметили риф напротив прохода в лагуну. Грохочет якорная цепь, якорь в облаке брызг скрывается под водой, затихает дизель. Неожиданно наступает тишина, нарушаемая едва слышным шорохом волн. На мостике появляются два человека, у первого в руках бинокль. Я прячу голову за камень. Пара минут проходит в тихой неизвестности. Стою за камнем на четвереньках, потею. Внезапно голос, на языке родных осин:

– Какого размера у него яхта?

Снова высовываю голову. Второй человек или говорит тише, или смотрит в другую сторону, но его ответа я не слышу. Зато первого слышу прекрасно, с таким голосом мегафон не нужен.

– И ты будешь мне втирать, что в эту щель можно пропихнуть пятидесятифутовку? Не говори глупостей, здесь что по ширине, что по осадке – без шансов.

Замечание совершенно справедливое, с моря проход кажется очень узким и тесным, хотя я там прошел без особого труда. Правда, я знал фарватер, а у моей яхты пропорции скорее барракуды, чем камбалы, отсюда и скорость, и способность пролезать в узости. Ценой комфорта, конечно, но мне полсотни слуг не возить.

– …

– Куда они еще могли направиться?

– …

– Вот туда и двинем. Быстрее, не теряем времени!

Снова затарахтел дизель, загрохотала якорная цепь, кораблик неожиданно шустро развернулся и рванул куда-то вправо.

Я уверился, что они действительно направились вдаль от Акульей Глотки, и поспешил обратно. Спуск неожиданно потребовал куда больше сил, чем подъем, в ряде мест пришлось буквально съезжать на заду, но вниз добрался и ничего себе по дороге не повредил. И тут внезапно оказалось, что залезть с берега на борт у меня не получается. То ли яхту ветром отнесло, то ли я, прыгая на берег, оттолкнул ее назад… Ноги мочить не хотелось. Снял кроссовки и штаны, аккуратно закинул на палубу, после чего поплыл к трапу. Начал подниматься и уткнулся носом в пистолет.

– Привет, дорогая, я тоже рад тебя видеть!

– Это ты?

Пистолет она убрала, но так яростно кинулась обнимать, что чуть не столкнула обратно в воду. С большим трудом залез и растянулся на палубе.

– Хлоя, дорогуша, а можно я задам банальный вопрос? Я, в принципе, догадываюсь об ответе, но все-таки?

– Попробуй.

– Твой папа БОГАТЫЙ человек?

– Угу. Именно вот так, с большой буквы и с придыханием.

– И за свою дочку он готов отдать много денег?

Пистолет снова появился в поле зрения. Она как-то вся подобралась и спросила настороженно:

– Это тебе зачем?

– Там, снаружи, к Острову подходил неплохой такой вооруженный кораблик, и они искали нас. Сомнительно, чтобы им был нужен я или сама яхта – я в море выхожу часто и прихватить меня имелось множество возможностей и раньше. Но первый же выход с тобой – и привет, за нами охотятся. Ничего не хочешь рассказать?

– Я не знаю, пытались ли меня похищать в младенчестве, но сколько себя помню, всегда рядом была охрана. А здесь отец сказал, что на Острове абсолютно безопасно, оттого мы с тобой и проводим время вдвоем, а не вшестером, с четырьмя вооруженными мордоворотами.

– На Острове-то безопасно… Ладно, здешние воды патрулируются Орденом, надо постараться сесть на хвост их сторожевику. В присутствии орденских вояк никакие негодяи на нас не нападут.

Я не стал говорить, что после недавнего случая, когда Чет с Сэмом покрошили в мелкий винегрет маскировавшихся под орденцев пиратов, мы с местными военными моряками если и не дружили, то приятельствовали определенно. Что давало мне некоторые послабления, в том числе и в правилах радиообмена. Совместные посещения бара, они сближают.

Спустился вниз, включил радио, выбрал орденскую частоту. Радиоузел порта принимался устойчиво, иногда даже пробивались отдельные реплики с кораблей. Я снял тангенту:

– Башня, ответь Белоснежке!

– Здесь Башня.

– Привет, Том. Ты сегодня за диджея?

– Ага, как раз не знаю, чего бы поставить. Не присоветуешь?

– Традиционно. Led Zeppelin, 71-й год, «Лестница на небеса».

Том фальшиво просвистел пару тактов бессмертной мелодии, я не менее фальшиво пропел про тетеньку, которой в любой блестяшке мерещилось золото. Оба рассмеялись.

– Ладно, Влад, чего хотел-то?

– Кто сегодня «Странник»?

– Питер со своими ребятами.

– Вот и славно. Надо будет с ними перекинуться парой слов.